А те, кто предпочёл вещать с трибун не о законодательстве России, а о себе любимых, единственных и непокобелимых, - предали доверие не меньше Яныка. Они вещали с трибун, да и ныне вещают с трибун. А остальные - кто на фронте, кто в плену, кто в оккупации, а вовсе не по традиционному народовластию.